1

Я не сомневаюсь, что мама нас с сестрой очень любила. Но при ссорах она всегда кляла нас, говорила: «Как появятся у вас собственные дети, так помыкаетесь, узнаете, что такое лихо! Тогда и вспомните мои слова». Говорилось это, конечно, всегда в сердцах, зла она нам не желала. Но мысль человеческая и слово имеют обыкновение материализоваться. Так и вышло. Пока мы с мужем вдвоем жили, все хорошо было. А вот как двойняшки у нас появились, так горе и мыкаю, концы с концами не свожу. С мужем мы рассталась, а одной детей растить ой как тяжело. Я все время на работе, а они сами себе предоставлены. И болит душа за них, а сделать ничего не могу: кормить-то надо.

А тут как-то бабушка-соседка сказала, что все несчастья приходят ко мне не просто так, а от того, что я матерью проклята. И что печать проклятья она видит в моих глазах. Но, самое страшное, — и дети, и внуки мои страдать будут. Я спросила, есть ли защита и можно ли снять проклятие, и бабушка согласилась помочь. Пришла я к ней как-то вечером, и стала она нас с девочками спасать. Чтобы убрать худой посыл, налила в чашку воды и стала водить ножом против часовой стрелки, читая:

«Христос идет, 12 учеников ведет, говорит, объясняет, показывает, за­поведи свои наказывает. Нельзя души проклинать, надо души от зла спасать. Спаси, Господи, сохрани, проклятье с рабы Валентины сними. Верую во Единого Бога Христа. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Сорок раз прочитала она эти слова, затем наказала мне умыться той водой и на заре самой читать заговор-оберег:

«Как не взять молока от утки, не собрать со ржи яблок, не свить из воды веревку, так не испортить проклятием: ни кровному и ни чужому, ни старому и ни молодому, ни в сединах, ни в плешинах, ни с зубами, ни без зубов. Не быть посему проклятию, ни матери, ни сестрам, ни братьям. Оберегает церковь крест, а Господь — рабу Валентину. Аминь».

Читала я заговор до тех пор, пока не почувствовала, что жизнь начала меняться. Сначала на работе меня повысили, и можно было меньше пропадать на подработках. Потом в школу учительница новая пришла, и мои девчонки в нее просто влюбились — учиться хорошо стали, даже заставлять не надо. А через 2 месяца познакомилась я с Иваном, и стал он мне любящим и лю­бимым мужем, а моим детям — хорошим отцом. Думаю, снята печать материнская тяжелая. Каждый день себе напоминаю: словами бросаться нельзя — аукнется.

Валентина